• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
04:52 

zdej se
Главное - оставаться трезвым только сегодня.
У меня просто почему-то tor не встает и деньги только после обеда будут, ога.
Кому-то уже посрать на принципы.

03:16 

zdej se
ПА и расстройства сна - привет, котики, не то, чтобы я скучала, но с вами все как-то привычнее.
Очень хочется выселить из ленты всюду хоть и чудный, но совершенно левый народ.
Неловко, но есть аккаунт, в котором все уютненько, и даже поддерживающие сообщеньки на каждый чих - только вот надо честно отдавать себе отчет, что там мне рады только при рецидивах.

03:47 

zdej se
О Германии у меня куда больше нежных воспоминаний, чем о Чехии, хотя что там - пару недель.

Я хочу написать пост и... откладываю.
Мне грустно признавать тот факт, что сказка кончилась. Мне очень хочется верить, что где-то за несколько тысяч км есть человек, которому можно писать, когда страшно, и который всегда готов пойти навстречу.
К сожалению, я сама виновата. Да, есть всякие смягчающие обстоятельства, но логика, в целом, совсем проста - когда с меня снимают шкурку социализации - я редкое дерьмо.
Мне очень жаль. Я надеюсь, что у тебя все хорошо.
Позвони мне, пожалуйста.

Cлезла с таблеток. Самочувствие - так себе. Иногда накрывает, иногда просто ноет.

02:45 

zdej se
Где-то по ту сторону жизни ты мне улыбаешься. Или просто улыбаешься - замершему на пороге сентябрю, первому, в котором тебе, двадцатилетнему, впервые никуда не нужно; шалостям четвероногих, особенно рыжего кота, которого ты, как мишку, обнимаешь во сне; девушке своей, которая обязательно появилась, у меня тут никаких сомнений.
У тебя обязательно будет все хорошо. У меня - не слишком.

Мне снится зеленоглазая рыжая женщина, от профиля которой на душе тепло и одновременно страшно. Я просыпаюсь в поту, дрожжащей и, без сомнений, сглатывая слезы.

Это дурацкое одиночество. Мне есть, с кем смеяться, есть, с кем плакать, есть, с кем пить.
Мне не с кем обнажать душу, обсуждать Ремарка и молча смотреть сквозь сходящийся вокруг тропинки осенний лес.

Торчево, моя золотая, старое доброе торчево. Оно умеет ждать. Оно обязательно разрушит твою жизнь, как разрушило сотни тысяч других. Ты пылинка, мой свет, ты не более, чем пылинка в ярком лунном свете. Нужно просто время.

02:02 

zdej se
Да ничерта у меня нет.
Работа, которую я люблю - мираж, не покрывающий в сумме проезда и съемной комнаты на питерских задворках.
А больше... Больше, в общем-то, и нет ничего. И не было.

К тысячам километров привыкаешь.
Безлюбовье же царапает душу всякий раз, когда остаешься в одиночестве.

Всем привет, у меня тут бутылка вина и забытые выпить таблетки.

22:48 

zdej se
Уже месяц в Петербурге.
Делаю то, что люблю. У меня ощущение, что я дома и я в семье.
Люблю свою работу, а она меня ест х) Все руки в синяках, на бедре цветет гематома от копыта.
Подумываю остаться здесь надолго.

01:49 

zdej se
мало ли кто приезжает к тебе в ночи, стаскивает через голову кожуру,
доверяет тебе костяные зёрнышки, сок и мякоть
мало ли кто прогрызает камни и кирпичи, ходит под броней сквозь стужу или жару,
чтоб с тобой подыхать от неловкости, выть и плакать
мало ли кто лежит у тебя на локте, у подлеца,
и не может вымолвить ничего, и разводит слякоть
посреди постели, по обе стороны от лица

мало ли кто глядит на тебя, как будто кругом стрельба,
и считает секунды, и запоминает в оба:
ямку в углу улыбки, морщинку в начале лба,
татуировку, неброскую, словно проба
мало ли кто прошит тобою насквозь,
в ком ты ось,
холодное острие
мало ли кто пропорот любовью весь,
чтобы не жилось, -
через лёгкое, горло, нёбо,
и два года не знает, как сняться теперь с неё

мало ли кто умеет метать и рвать, складывать в обоймы слова,
да играть какие-то там спектакли
но когда приходит, ложится в твою кровать, то становится жив едва,
и тебя подмывает сбежать, не так ли
дождь шумит, словно закипающий чайник, поднимаясь с пятого этажа на шестой этаж
посиди с бессонным мало ли кем, когда силы его иссякли
ему будет что вспомнить, когда ты его предашь



ну, окей, окей, я хуевая дочь и конченное дерьмо как человек.
в принципе, я даже спорить с этим не хочу - и если первое меня даже радует, то второе... обидно как-то.
окей, дохуя обидно.

Очень хочется продать все, что у меня есть, и уехать в какую-нибудь тихую глушь.
Не слышать этих голосов, не спотыкаться о знакомые имена и прозвища, не вспоминать ничего о том, что делало меня живым и счастливым.
Маленькое прижизненное кладбище.

завтра к терапевту, направление выбивать, ну и звонить тому самому психиатру, чо.
мне даже денег дали.

03:06 

zdej se
Все чаще кажется, что я все проебываю.
Ну так, "говно-Мидас", как когда-то сказал А. - он, правда, о себе говорил.

Странно искать себе психотерапевта. Впрочем... Я нашла себе психиатра, уже добрую неделю не могу заставить себя записаться, но уже прогресс.
Хочу таблеток, не хочу таблеток, хочу психотерапии, не хочу психотерапии.
Все сложно.
Чего точно хочу - тишины и покоя, а никак не решать серьезные важные вопросы.

04:15 

zdej se
самое страшное - я не понимаю, что из этого внутри моей головы, а что - снаружи.
это еще один какой-то бесконечный бэдтрип, только вот теперь про людей и их отношение ко мне.

01:02 

zdej se
Маниакалки не хватило даже на неделю.
Отчаянно хочется дойти до шкафа и взять свои 3х20 мг, за пару недель надежно укореняющие во мне мысль, что жизнь крута, а еда не стоит моего внимания.

Мне даже не плачется, от этого я себе несколько противна.
Увы и ах, мне двадцать лет, через месяц мне надо провернуть сумасшедшую операцию по собственному спасению, и я с каждым днем все больше укореняюсь в мысли, что всех людей, на которых я могу рассчитывать - дюжина-другая онлайн-знакомств, перемежающихся случайными встречами.
От этого даже не одиночества, а тотальной невозможности верить сводит челюсти.

Аутоагрессия снова вступает в свои права, даже забавно узнавать ее в эмоциональном фоне. Давно не виделись, аж несколько недель.

Иногда - а если честно, то довольно часто - в моей голове разом всплывают две мысли. Лечь лечиться - получить несколько недель передышки и хоть какие-то медикаменты (чудовищно боюсь повторения серотонинового синдрома, без адекватного специалиста даже более приличные СИОЗС нини), но я очень сомневаюсь, что в таких условиях можно рассчитывать на то, что это пойдет мне на пользу. Ну и куда более привычное, родное-тоскливое - а не покончить ли со всем этим к чертям. Пока держусь - перееду, обустроюсь, а там уже подумаю.

Я не знаю, игры ли это моего сознания или у меня действительно нет больше повода просыпаться по утрам.
Если нет - ну что же, у меня было несколько счастливых недель и лучший День Рождения, который только можно представить. Я слишком хорошо понимаю, насколько я невыгодная партия.
У меня нечего брать и это, конечно, выводит меня из равновесия. Ни эмоционального обслуживания, ни секса, ни денег, ни краснобайки-задушевницы (хотя последнюю я еще неплохо симулирую) - во-первых дать не могу, во-вторых не берут. Я унылый кусок мяса, который надо лечить и спасать, ну. Очень сомнительное развлечение.

Все чаще понимаю одну свою давнюю знакомую, которая на границе отчаяния поехала к первому попавшемуся мудаку с пиплов и огребла последствий на всю жизнь - она писала мне, с цитатами, я отказалась ее в очередной раз спасать. Забавно, мне и восемнадцати не было, но каменной стеной я отчего-то уже успел побывать и под ошейник ко мне просились, прекрасно зная, что не позову.
Мрзд заставляет переосмыслять уж очень многие решения. Ну спасибо.

Забавно, но очень хочется обострения. Совсем-совсем обострения. Это решило бы все скопившиеся проблемы.

15:56 

zdej se
Перевожу в текст аудиоматериалы из суда, голос одного из защитников - один в один голос одного близкого для меня человека.
Я скучаю, мой хороший.
Мы созванивались и даже как-то встречались после, но для меня ты навсегда остался на рубеже 2012/2013. Черт возьми, три с половиной года!

Из нашего общения я извлекла многое. Кое-что - извлекаю до сих пор.
Это были по-настоящему великие уроки и я счастлива, что могу без тени сомнения ставить тебя в ряду тех, кто сделал меня тем человеком, которым я являюсь сейчас.
Не забудется. Такое вообще не забывается - ни разговоры за политоту, ни плед с олешками, ни отдатливое тело и те самые оттенки в звуках, за которые весь мир, коньки и никакого злоупотребления дарованной властью.

15:51 

zdej se
Полторы недели назад у меня был Петербург.
Если гипотеза про баланс верна - ну, я не так уж и против, чтобы в моей жизни происходило все то дерьмо, что происходит, лишь бы случались такие моменты.


Закат над зеркальной гладью озера и разговоры о самом важном с человеком, которого я давно уже вижу раз в год, но все равно - никого ближе и роднее.

Гордо поднятый на вытянутых руках плакат "Любовь побеждает ненависть" и маленький флажок в руке - люди вокруг улыбаются, говорят какие-то поддерживающие штуки, предлагают свою помощь, а потом мы три часа смеемся в отделении, дружной гурьбой фотографируемся у дверей - и я впервые за очень долгое время понимаю, что я не одна и у этой страны, вероятно, есть какое-то будущее.

Финский и три волшебных салюки. Тут даже описывать нечего - сплошное волшебство, бегущие по воде силуэты против света.

"Здесь хорошо" - приглушенный свет, сами собой всплывающие в памяти тексты Эпидемии, тепло человеческих душ, черное лабродорье пузо, долгие задушевные разговоры.

Любимый Эрмитаж - с его Пазырыком и голландцами, а еще - несколько часов в солнечных лучах на брусчатке Дворцовой.


Мой Петербург всегда со мной - и это один из поводов просыпаться по утрам, когда других больше нет.

07:46 

zdej se
Посеревшие лица людей, которые перестают улыбаться говорят о положении в стране куда больше, чем их слова.
За последние пару лет оптимизма поубавилось у всех.

В субботу, что бы не происходило, я выйду на Невский.
Это даже не решение - это просто единственный способ поступить по совести.

Родина с ароматом репрессий, ммм, моя любимая!

02:49 

zdej se


Спасибо, Брно, это были важные для меня полгода.
Спасибо, Прага. Я даже не буду писать, за что.

Я когда-нибудь вернусь - лет через несколько, с дружеским визитом, влюблять в тебя еще одного человека.
То, что мое тело будет находиться здесь еще когда-то - ничего не значит.



Мой Петербург, в который я хотела переехать три года кряду, расстаял дымкой.
Не снится, не вспоминается, просто благодарность и тепло на душе.
Надюш, я надеюсь, что у тебя все хорошо. Встречаться в этот раз мне совершенно не хочется - интересно, конечно, но неловко. Я не хочу смотреть, в кого ты выросла. Мне нечем тебе помочь, а где-то внутри себя я понимаю, что было бы и неплохо. "Я утратил всю власть над тобой, но надеюсь, что мне осталось по крайней мере обаяние. Был счастлив тебе сегодня. Был счастлив тебе. Твой Т." - тут даже инициалы совпадают.

Есть что-то не сколько лживое, сколько сентиментальное в дружеских встречах с человеком, которому искренне клялся в любви когда-то - только вот настолько другому человеку клялся, что это как присяга давно стертому с карт государству - территория вроде та же, только вот режим другой.
Есть непреодолимая разница между "расставаться друзьями" и "оставаться друзьями" - под вторым, правда, чаще всего имеют в виду первое.
Я хотела бы тогда остаться с тобой друзьями, но после того, что я делала - об этом не может быть и речи. Просто совесть не позволит.
Осталось совсем другое, быть может даже боле светлое.

02:12 

zdej se
давай как будто это не мы лежали сто лет как снятые жернова, давились гнилой водой и прогорклой кашей
знали на слух, чьи это шаги из тьмы, чье это бесправие, чьи права, что означает этот надсадный кашель
как будто мы чуем что-то кроме тюрьмы, за камерой два на два, но ждем и молчим пока что

как будто на нас утеряны ордера, или снят пропускной режим, и пустуют вышки,
как будто бы вот такая у нас игра, и мы вырвались и бежим, обдирая ладони, голени и лодыжки,
как будто бы нас не хватятся до утра, будто каждый неудержим и взорвется в семьсот пружин,
если где-то встанет для передышки

как будто бы через трое суток пути нас ждет пахучий бараний суп у старого неулыбчивого шамана,
что чувствует человека милях в пяти, и курит гашиш через жёлтый верблюжий зуб, и понимает нас не весьма, но
углём прижигает ранки, чтоб нам идти, заговаривает удушливый жар и зуд, и еще до рассвета выводит нас из тумана

и мы ночуем в пустых заводских цехах, где плесень и горы давленого стекла, и истошно воют дверные петли
и кислые ягоды ищем мы в мягких мхах, и такая шальная радость нас обняла, что мы смеемся уже - не спеть ли
берём яйцо из гнезда, печём его впопыхах, и зола, зола, и зубы в чёрном горячем пепле

как будто пересекаем ручьи и рвы, распускаем швы, жжем труху чадящую на привале,
состоим из почвы, воды, травы, и слова уходят из головы, обнажая камни, мостки и сваи
и такие счастливые, будто давно мертвы, так давно мертвы,
что почти уже
не существовали



моя любовь начинается там, где заканчивается эго.
моя любовь - в том, чтобы ждать возвращения любимого человека если со свидания, то с дружеской встречи, и искренне радоваться тому, что он уходит.

ревность начинается там, где заканчивается доверие. там, где глубоко внутри понимаешь, что дверь может не скрипнуть снова через несколько часов.
в особенно черные минуты мне кажется, что она и не открывалась.

я не знаю, можно ли называть дружбой то, что происходит между мной и моими самыми дорогими и близкими.
теми самыми, с которыми встречаешься через пару лет, в которых была разве что пара переписок, а вам все равно есть, о чем молчать.

чувство долга - забавная штука. как-то мне позвонил один мой товарищ и спросил, можно ли у меня пожить. Я согласилась, и только потом уточнила, насколько надолго.
мы, кстати, провели пару довольно приятных месяцев в одной квартире. ни письма ни до, ни после. с момента, когда мы общались, прошло тогда года три. я знаю, что я позвоню ему только тогда, когда станет совсем уж невыносимо.
таких людей в моей телефонной книге - с полдюжины.

десять лет спустя (полжизни, черт возьми) я возвращаюсь к тому, от чего старательно отгораживалась эти десять лет.
забавно, но уйти тогда действительно было лучшим из решений.
если бы из меня выросло что-то в духе тех, чье детство пришлось на наш сдюшор - мне-сегодняшней было бы бесконечно стыдно.

амбиции пошли к черту. это так забавно - уехать поступать в Карлов, блестяще отучившись пару лет и выиграв все, что только можно было выиграть, а потом искать себе работу конюхом.
интеллектуальное родство интеллектуальным родством, но для книг по философии и прочим занимательным вопросам так у меня будет даже больше времени.

да, ментальные проблемы занимают все больше места в моей жизни, да, за бортом остаются и удивительные города, и чудесные встречи, и перспективы, черт их побери, только вот... да пошло нахуй все это, если я нашла человека, с которым я улыбаюсь.
если я вспомнила, что действительно делает меня счастливее и живее.
это как нырнуть очень глубоко, а потом вдруг вынырнуть - под водой легкие со временем перестает жечь, просто чувствуешь, как уходят силы, и тело само выносит к живительному воздуху.
вот это - мой глоток кислорода.

я молодец, я написала заводчице самых чудесных собак на свете, она как раз планирует помет через пару лет.
не сомневаюсь, что мы встретимся в этом году.





из Варшавы я запомнила площадь, залитую солнечными лучами, у какого-то очередного костела, и каменные лавки с высеченными фразами от Jenny Holzer в парке у какого-то очередного дворца.
из Эйндховена я помню мостики через канал.
из Дюссельдорфа - аллею напротив музея Гёте.
для меня все это тысячекратно дороже, чем достопримечательности из очередного маст-листа.

о многих людях я не знаю даже паспортного имени, зато знаю, как они щурятся от яркого света или крутят в пальцах зажигалку, нервничая.
и это все о том же.

00:47 

zdej se
может многое произойти, но пока моя память со мной, в самых укромных ее уголках притаятся моменты, которые сохраняют меня живой даже в такие вот вечера.

если меня попросить описать Рай, то ответ будет однозначен и непогрешим - пассажирское сиденье Вольво и любимый человек за рулем.
остальное - на усмотрение.
потому что отчаянно хорошо было и с нулем на спидометре, и в те моменты, когда пейзаж за окном сливался в полотно.
совершенно не важно, будет там музыка или разговоры или снова воцарится тишина.

ничего не важно, только пусть это повторится.

02:21 

zdej se
Бутылка моравского розового полусладкого - и привет, стандарт угля, что ж так больно-то.

Жить не хочется, но я как-то к этому привыкла.
В некоторые дни хочется бросить все и уехать в Новосибирск - останавливает только то, что так, как было, уже никогда не будет.
Нигде.

Не будет ночных прогулок от Покрышкина до Речного вокзала, домашнего печенья и одних наушников на двоих, не будет пьяных дискуссий о философии и цитирования Бродского вкупе с родным Chanel Egoiste, не будет танцев под Just go и корейщину, перемежающихся всхлипами, водкой, ароматом ванили и Полозковой, не будет спонтанных переходов на английский, потому чтопалево, и этих его часовых отлучек до очередного симпатичного парня с Хорнета, не будет ужинов под виски с неплохим сексом и дурацкими историями, не будет маршруток из Бердска в шесть утра после бессонных ночей на покачивающейся кровати под жуткие звуки с кухни, зачетов с телефоном и стебом с преподователями не будет, девок моих прекрасных, всегдашних двух латте навынос в Чашке, бежевых стен, слез навзрыд, когда еще только вода из кулера в чашку набирается...

Ничего и никогда уже так не будет.

Травы и Таро тоже не будет, Праги, от которой дыхание перехватывает, искреннего удивления новому и восторгов от поездок, прекрасных этих домов начала прошлого века на Конечнехо намнести, вида из окна на лес, чудесных соседок, неожиданных знакомств в лифте, коридоре, на кухне и на балконе.

Если постараться (ха-ха, смешная шутка, я из дома выхожу, готовясь к этому несколько часов), то будет хорошо, но по-другому.

Одиночество в последний год приобрело пугающие меня масштабы.


Когда я уезжаю от А., первые пять станций по синей ветке я еще девочка, у меня слёзы в горле, три года сильной любви без итога и ни одного защитника в радиусе пятисот километров. Потом я потихоньку снова волк, узкие зрачки, и мне хочется только есть, бегать и ненавидеть, ненавидеть и ничего не ждать.


Когда-то я умела быть стеной, плечом и опорой. Давно было. Давно.
Мне некому звонить, больше всего о моей жизни знают какие-то случайные люди, на бесконечность вокруг - ни одной живой души, которая меня не только понимает, но и может поддержать. Их самих всех поддерживать надо - ну, или я просто со временем вышла в тираж и на мои сообщения и звонки можно не отвечать.

Привет, мне двадцать лет, я ничего не умею и ничего не хочу.

01:26 

zdej se
Здравствуй, Милая! Можно я буду скучать по твоим ледяным рукам?
Или по маленькой ямочке на подбородке - выбери что захочешь.
Смотрю в отраженье реки этой безрадостной ночью, в ее неземные очи.
Ночь темна. Тьма прекрасна. И эта река глубока…
… здравствуй, Милая!


И снова здравствуй, золотце.
Что бы ты не думала - мы не расстанемся.
Бойся. Я - с тобой.

___________


Я не писала тут ничего добрых два месяца, но не потому, что нечего было сказать.
Отнюдь.
Это, я бы сказала, были самые насыщенные и яркие времена в моей жизни.

А сейчас - ничего не случилось, нет, просто вешаться хочется. Вру. Не вешаться. Из окна выброситься или в реке утопиться - по традиции.
Да, я понимаю, что это баланс нейромедиаторов (шутка ли - серотониновый синдром, критическая передозировка неизвестным психоделиком, резкая отмена флу - причем одновременно), что это просто последствия плодотворных полутора недель в Оснабрюке - я перестала выходить из дома, меня ничто не занимает, я совершенно не верю в то, что жизнь когда-то станет лучше и, конечно, ничего не делаю, чтобы на это повлиять.

Просто... Мне казалось, что если завязать с алкоголем и веществами - легче станет.
Отнюдь.

ruined

главная